?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

(st_franzisk wrote):

По странному стечению обстоятельств не испытываю мандража, какой был накануне поездки.  Лишь холодное спокойствие. Кажется, я забыл, как писать ручкой. 



Аэропорт Домодедово мне понравился. Его перестроили с того времени, как я там был в последний раз. Все автоматизировано и продумано. Один минус был в этом полете – дети, которые орали. Орали. Орали. Я насчитал 20 детей. Мне, как назло, достался самый крикливый. Аэропорты могли бы много заработать на бирушах (позже я узнал, что уже вполне неплохо и зарабатывают).

Наш рейс на Абакан задержали на целый час. Хотелось спать. Спать не получилось. А впереди две ночи без сна. Успокоились дети только к прилету.

Миниатюрность. Такой девиз я дал этому перелету, вспоминая монолог главного героя из фильма «Бойцовский Клуб», про одноразовых друзей и такие же одноразовые и миниатюрные вещи в дорогах.

Сначала дали апельсиновый сок. Через какое-то время воду. Еще через какое-то «обед», состоящий из кусочка черного хлеба, порции сахара, соли, перца, масла, майонеза, 2 кусочка селедки с листом салата и долькой лимона, булочки, салата  «весенний» и сладкого рулетика. Все порции были миниатюрными.  Еще было мясо с овощами и рисом.  Завершала список зубочистка нормальных размеров, видимо, для того, чтобы очищать зубы от кусочков миниатюрного мяса.

Выспаться мне так и не удалось, несмотря на все попытки.  

Встретил меня город Абакан маленьким аэропортом с таким же названием. Собственно, я ожидал чего-то подобного. Но дух сталинизма до сих пор витает здесь (с). Ты словно переходишь некоторую грань, как зазеркалье, и оказываешься в совершенно другом мире.

В ожидании моих компаньонов по Путешествию, я ходил по аэропорту, фотографировал все и вся и рассматривал все уголки, где может быть что-то интересное.

Съев «завтрак туриста», состоявший из лапши Доширак, бутерброда с сыром и чая с лимоном, я стал чувствовать себя лучше, чем до завтрака. Впрочем, цена меня интересно удивила.

Я не хочу выливать лишней воды в повествование, но вместе с этим не хочу упустить ни малейшей детали. В мелочах вся суть.  Хотя порой это не нужно.

В машине я думал о Медведе. Еще будучи первый раз, ради развлечения, ради интереса,  у Татьяны Васильевны, я не ожидал, что услышу зов. Хотя теперь я понимаю, что слышал его постоянно. Уже тогда я знал, что я поеду сюда. В Хакассию. Но я не представлял, что это будет настолько скоро.  Духи позвали меня, и я не смог не прийти.  Хотя чувство иномирности не отпускает. 

Я внимательно смотрел на моих спутников, оценивал.  Позже со временем я стал спокойней принимать их.

Дорога была интересная, странная.  Пейзаж мне неведомый доселе, но такой родной.  Сейчас я понимаю, что это кровь, которую я не помню. Мог бы, наверное, но я больше не хочу тратить время на прошлое.  Иногда по дороге были места, которые я хотел сфотографировать, но фотоаппарат не мог  это сделать.  Нельзя.  Я хотел быть скромным, но порой я веселился или удивлялся как ребенок окружающему меня пространству. Лететь. Вот то, что хотелось. Бежать по лесу, по степи, мне порой так хочется свободы.  Отпустить своя я, и лететь ввысь. Глубоко вниз, и воспарить над собой самим.

Татьяну Васильевну я побаиваюсь. Хотя, если честно, я побаиваюсь всех. Порой это осторожность, порой - фобия. Я очень сильно берегу свое пространство. Но с такой же охотой впускаю в него людей. 

Должны были приехать еще двое. Немного потоптавшись на месте собираясь с силами, я пошел в юрту.  Все для меня было новое, все это. Я один с сам собой, вдали от дома, с людьми, которых не знаю.  Интересное приключение, которое я просто обязан пройти.  Когда я вхожу в помещение, я чувствую свое место.  Иногда я топчусь и прохожу периодически по пространству – ищу. Здесь я, сразу войдя в юрту и поздоровавшись с ней  и её обитателями (я в детстве любил создавать правила, это я создал в школе, войти и поздороваться с домом, с духами, которые там живут.) прошел к своей кровати. Тогда я еще не знал, что за место я выбрал. Или место меня.

В юрте было спокойно. Это такое место, маленький мир. Так комфортно и уютно мне мало где чувствовалось.  Было ощущение возврата домой, хотя я и не до конца это прочувствовал. Ощутил.

Потом был обед. Такие вкусные продукты. Такие восхитительные ощущения тела. Почти каждая клеточка тела  словно кричала благодарность, за эту еду, после московских консервантов, концентратов и прочей химии. Вспомнилась деревня и коровье настоящее молоко.  Думал, что я никогда больше не почувствую этого. Как хорошо, что я ошибся.

Потом отдыхали. Я обошел всю поляну, и ходил, все фотографируя.  Меня тянуло на одну гору и куда-то вбок. Я привык доверять своим чувствам и пошел туда, куда тянуло. Выйдя по дороге к бухте, я увидел юрту. Тогда я еще не понял, что это была юрта Татьяны Васильевны. Но понял, потом. Найдя дощечку возле реки, присел. Хотелось спать. Лег. Небо.  Закрываю глаза и вижу глаза медведя. Теперь я знаю, что это «мой» Медведь.  Именно он ко мне пришел на первом ритуале у Татьяны Васильевны. Приходил в последующих, и в домашней обстановке, когда я пытался что-то делать сам. Он показал мне Путь. И он ждал. Но я по-прежнему не знаю – чего.

Открыв глаза, я увидел часы. Женские под золото. Взял их. Потом положил обратно на место. Я же не знаю, для чего они там лежат. А вдруг, это что-то  вообще лежит не для меня, а я тут своими руками?  Потом до меня медленно доходит, где я нахожусь.  Неудобство. Встаю – ухожу. Хотя меня тянет также сильно. Остаться. Заснуть. 

Вечером был ритуал «Ивана Купалы». Это один из моих любимых праздников. Мне с раннего детства хотелось ночью пойти в лес и нарвать цветущего папоротника, который открывает клады.

Это я прочел лет в 10 в журнале «Трамвай». Этот выпуск лежит у меня до сих пор. История про рыжеволосую ведьму, работающую учительницей в школе. Это был первый рассказ «на тему», который повлек за собой уже другие книги, фильмы…

Татьяне Васильевне помогали двое молодых людей, приехавших с Украины. Общительные и веселые, мне они понравились в некоторой степени больше, чем приехавшие москвичи.

Что было на ритуале, воспроизвести трудно. Все мои мысли где-то на заднем плане занимал медведь. Как стоячая вода в озере, и на поверхности круги. Но в глубине Он.

Хотелось двигаться – танцевать. В какой-то момент потянуло в реку. Просто как магнитом. Я боялся, что я мог заболеть. Здоровье у меня достаточное слабое, и все время купания заканчивались для меня простудой или гриппом. Но я знал, что не сделать это – будет хуже. Было видение поляны, где то далеко за этим местом. Какой-то опушки, и части леса, который я прозвал «медвежьим домиком».  Там живут медведи. Я знаю это. От волнения я не смог правильно сформулировать вопрос и мысли, и после моего вопроса о том, есть ли тут «Медвежьи домики»,  все засмеялись. Эти мысли не дают мне покоя. Медведи везде. Ощущение что за каждой березой, сосной, елью – он. И я точно знаю, что дело не в моей излишней впечатлительности.  Так видеть, так чувствовать я еще никогда не мог. Ощущение, что мне настроили яркость, четкость и звук. А то, что я чувствовал раньше, это была плохая работа ненастроенного телевизора. Словно включили звук и все ощущения разом.

В реке каменное дно, идти неприятно, и холодно. Надо. Пару раз, упав я, облегчил себе работу.  Потом после купания стало жарко, как в бане. Ощущение, что внутри огонь. Совершенно не холодно и не так, как я думал. Пришло чувство правильности и тотального спокойствия. И также знания, что это еще даже не начало.

Спать мы отправились почти к рассвету, после перекуса и разных историй.


Продолжение будет...